В ЕГИПТЕ ОКОЛО тридцати царских пирамид, находящихся в разном состоянии. Вместе с пирамидами поменьше, принадлежащими царицам, и вспомогательными пирамидами, их число превышает шестьдесят. Первых египтологов привлекли три из них.
Цари 4-й династии Хуфу (греческий вариант -Хеопс), Хафра (Хефрен) и Менкаура (Микерин) построили пирамиды в пустыне, за пределами Мемфиса. Предполагалось, что эти гробницы простоят закрытыми до конца дней. После погребения строители блокировали внутренние проходы, затем закрыли двери гладкими камнями, такими же, из которых строили саму пирамиду. Теперь все четыре стороны имели одинаковый внешний вид, и догадаться, где вход, было невозможно.
Геродот, посетивший Гизу через 19 столетий после того, как рабочие сложили свои инструменты, выразил восхищение размером пирамид и, как и многие другие, задался вопросом, что же находится внутри: «Хеопс правил пятьдесят лет, по крайней мере, так говорят египтяне, а после его смерти трон занял его брат Хефрен. Хефрен был не лучше своего предшественника – его правление было столь же деспотичным, и, как и Хеопс, он построил пирамиду, правда, меньшего размера (я сам их обе измерил). В отличие от пирамиды Хеопса, в ней не было подземных комнат и каналов. Каналы, как я уже говорил, превратили одно место в пирамиде Хеопса в остров, где, предположительно, и лежит его тело».
Его вера в то, что во второй пирамиде Гизы нет внутренних камер, много столетий морочила голову археологам. На самом деле, Геродот в основном ошибался, но один важный момент он понял правильно: то, что пирамиды представляют собой гробницы. Первые европейцы, посетившие Египет, не понимали этого и думали, что это просто хранилища, построенные благоразумным Иосифом из Ветхого Завета на случай голода.
Сегодня мы знаем, что пирамида Хуфу, самая старая и самая большая их трех, состоит из трех комнат, связанных между собой системой проходов.
Много лет ушло на смелые и порой опасные раскопки, пока археологи поняли, как устроена пирамида. Мы уже упоминали о калифе эль-Мамуне, первом исследователе, который вошел в Великую пирамиду и добрался по проходу, идущему вниз, до погребальной комнаты. Калиф оставил пирамиду открытой для других посетителей, что в 1646 г. позволило астроному Джону Гривсу представить на суд английских читателей свой первый полунаучный труд, посвященный внутренней структуре пирамиды:
Пройдя не без трудностей со свечами в руках через узкий проход [проход вниз] (в дальнем конце нам пришлось ползти на животе), мы попали в просторное помещение. Затем продолжили раскопки, гонимые любопытством или алчностью, в надежде найти спрятанные там сокровища, или руководствуясь приказом элъ-Мамуна, прославленного калифа Вавилона. Но, как бы то ни было, это место не стоило усилий, не нужно его и описывать. Это просто обитель летучих мышей – таких уродливых и огромных (в длину они превышали фут), что подобных я нигде не видел.
Он забрался в погребальную комнату, где сильное впечатление на него произвел саркофаг, стоящий там без крышки:
…в этой великолепной комнате (смею назвать ее таковой), точно в какой-то молельне, стояла статуя Хеопса, или Хеммиса, вырезанная из цельного мрамора, внутри полая, с дырой наверху, она издавала звук, похожий на звон колокола… Тесное пространство, хотя достаточное для самого могущественного и грозного монарха, ныне мертвого, который жил в узкой, длинной стране.
Страниц: 1 2