ДЖОРДЖ ГЕРБЕРТ, ЛОРД КАРНАРВОН, был невероятно богат и любил движение во всех его проявлениях. Его преданная сестра, леди Уинифред Берклер, представляет нам этого разносторонне талантливого графа:
Прекрасный фотограф, владелец скаковых лошадей, коллекционер произведений искусства – его личный каталог редких книг не может не восхищать – лорд Карнарвон также был пионером в автоспорте. Еще до того, как машины разрешили в Англии, во Франции у него уже имелось несколько автомобилей. Ему принадлежала третья машина, зарегистрированная в этой стране – после отмены закона, обязывающего, чтобы перед всеми самоходными машинами на большой дороге шел человек с красным флагом. Автомобильный спорт вызвал в нем самый живой интерес, и он с головой окунулся в новое увлечение. Он был прекрасным водителем, и наделен был даром точно судить о расстояниях, как и способностями к стрельбе и гольфу, а когда встречал на пути трудности, с невозмутимым спокойствием преодолевал их, что неизменно спасало его от аварий.
Иногда граф был вынужден появляться в суде за превышение скорости (приблизительно 19 миль в час), но когда Уинифред беспокоилась, он утешал ее такими словами: «Ты что, держишь меня за дурака? В автомобильном спорте опасность кроется на поворотах, а их я всегда прохожу на низкой скорости». Поэтому забавным кажется тот факт, что лорд Карнарвон однажды путешествовал в Германии по абсолютно прямой и пустой дороге, как неожиданно его автомобиль завилял и разбился. Жизнь лорду спас его шофер Эдвард Тротман: он вытащил хозяина из машины и вылил на него ведро воды, тем самым запустив сердце. Но после этой аварии (1901 г.) Карнарвон сильно ослаб, стал худеть и болеть. Его доктор, опасаясь, что влажный климат Англии может ему навредить, посоветовал посетить Египет.
Прошлое земли фараонов сразу же очаровало Джорджа Герберта, как до него Теодора Дэвиса, и свою новую страсть он также мог удовлетворить, спонсируя частные раскопки. Поначалу дела шли плохо. «Служба древностей», не доверяя его компетенции и сомневаясь, что энтузиазма лорда хватит надолго, выделила ему совершенно бесполезный участок, где тот не нашел ровным счетом ничего. Но вместо того, чтобы отказаться от своего нового хобби, он нанял профессионала. В 1909 г. он принялся за раскопки в Фивах вместе с Говардом Картером, которого порекомендовал ему Гастон Масперо. Такое партнерство удовлетворяло обоих мужчин. С Картером раскопки Карнарвона выглядели не менее серьезными, чем любые другие в Египте, в то время как Картер, со своей стороны, был счастлив оставить неопределенную жизнь художника и торговца древностями и хорошенько заработать. На протяжении трех лет они работали вместе в некрополе Фив, а энтузиазм их подпитывали хоть и не яркие, но постоянные археологические находки. В 1912 г. Картер проводил раскопки в Дельте, на холме Ксоис (современный Саха), но тяжелые бытовые условия и невероятное количество змей заставили его перебраться на другой участок Дельты – Телль эль-Баламун. Здесь он на-а шел спрятанные в горшке греко-римские драгоцен-* ности, а также фрагмент статуи. После этой восхи^ тительной находки Картер вернулся в Луксор к уже до боли знакомому кладбищу.
Во время войны Говарду приходилось работать в Каире на Разведывательное управление Военного министерства, параллельно проводя небольшие раскопки, финансируемые лордом Карнарвоном. Наиболее значительная находка в этот период была сделана в 1916 г. В одиноком ущелье, известном как Вади Сиккат Така эз-Зейд, местные грабители обнаружили вырезанную в скале гробницу, в которую было практически невозможно попасть. Вскоре туда приехал Картер: